И я спрашиваю, выведываю, стараюсь обозначить пунктиром эти твои мозоли, чтоб не наступать на них, чтоб протянуть тебе руку – перешагивай, я помогу. И даже не из корыстных побуждений. А ты врёшь. Линии не чертятся, карты начинают врать, разведка путается в показаниях.

Тут я задумываюсь: может, чёрт возьми, я не такой уж проницательный? Может, просто вижу то, что хочу видеть? Дурак, в конце концов? И сдаюсь, ослабляю хватку. Пусть идёт как идёт. Начинаю сомневаться в себе, а, следовательно, и в успехе предприятия.

Действительно, на выходе становится понятно, что предприятию амба. Нет его и не будет. Стражи в сияющих доспехах стоят непоколебимым строем, их стрелы точны, а мечи остры. И нет никаких обходных путей, потому что крепость эта – Звезда Смерти в мире, где до сих пор рыцари на лошадях.

В какой-то момент я снимаю свой шлем, вытираю пот и говорю, что с меня хватит. Ну, т.е. это я сейчас так говорю, я немножко повзрослел – мне уже не 16, но ещё и не 30.

Проходит время, начинаешь забывать, что воевал с драконом. Да и был ли дракон? А тут на тебе, не туда набрал никнейм и проворный гугл выдаёт результат, где первой строчкой блог дракона. Или принцессы. Не принципиально. В смысле, серьёзно, ну каков шанс, что ты будешь набирать её ник, да ещё и ошибёшься вкладкой, а у неё будет блог в интернетах?

И вот ты читаешь и понимаешь, что был прав по каждому пункту. Решительно по всем. Я был прав даже по таким спорным вопросам, что самого в дрожь бросает. А ты мне просто врала. Как же так? Я понимаю, что это не со мной ты чувствовала себя “как шестерёнки единого механизма”, и ещё лучше я понимаю, что дело сугубо личное, не обязана ты была мне ничем. Но как же, блядь, так?

Дикая злоба. Ярость. Ярость на тебя, потому что сидела и смотрела, как мой крюк с верёвкой цеплялся за обшивку, но продолжала скидывать вниз записки, мол, извини, но ты не попал – попробуй другой крюк. Ярость на себя, потому что пытался снова и снова. А самое главное, что предпочёл поверить не себе, а тебе. Опять.

Звезда Смерти пролетела на бреющем полёте, в окне можно было видеть принцессу с засосом.

Ёбаный в рот, Цошечка, миленький, ну повзрослей ты уже наконец! Перестань рыпаться и рефлексировать – it won’t work. Лучше сосредоточься на себе, тебе с собой ещё жить. По возможности, жить хорошо.

There’s something wrong with me chemically
Something wrong with me inherently
The wrong mix in the wrong genes
I reached the wrong ends by the wrong means
It was the wrong plan
In the wrong hands
The wrong theory for the wrong man
The wrong eyes on the wrong prize
The wrong questions with the wrong replies

Всё в порядке, здесь не на что смотреть. Нет никакого траура, можете выкинуть свои гвоздики. Людей не расстреливали, не было крови. Вам показалось. Проходите дальше!

Хотите почтить память, возложить цветы? Ищите могилы погибших на кладбище и там скорбите, чернь.

Здесь вам не Беслан, не московское метро – нам плевать на ваши слёзы, нам плевать на убитых подростков. Никакого траура. Давайте лучше отметим какое-нибудь событие по-важнее!

Радио “Эхо Москвы” обратилось к слушателям, находящимся в центре, с просьбой помогать вывозить людей, так как таксисты взвинтили цены до 3000 рублей

Кстати, сейчас эту приписку уже удалили. Видимо, чтоб не позориться.

В смысле, я вот чего не понимаю. Говорят, что в Москве просто таксисты не русские, поэтому им главное денег срубить. Но серьёзно, вот за такие вещи-то можно и пиздить.
А если так поступают сами русские, то у меня просто слов нет.

Серьёзно, у нас бы так не было. И в Америке так не было.
Переполнен отвращением.

Так вот, прихожу я в первых числах февраля с пачкой денег и ясным желанием сменить тариф, но не тут-то было! Мне сказали, что сейчас поменять ну никак не получится, потому что месяц уже начался и оплату по новым расценкам произвести не получится. Хитрый биллинг, предусматривающий, кстати, депозитный счёт, такой хитрый.

Ну ок, ладно. Когда приходить-то? За пять дней до конца месяца. И нас, кстати, не волнует, если вам это неудобно – не сможете 23-го февраля, ждите марта.

Сегодня 23-ое, я плюнул на то, что болею и пришёл. С пачкой денег и ясным желанием, а как же. И тут я ВНЕЗАПНО узнаю, что:
а) Щиркятам, компаниям и офисам решительно запрещенно менять тарифные планы на те, где оплата ниже 40 манат в месяц. For reasons unknown.
б) Щиркят должен предоставить официальное письмо на имя Юнинета, в котором слёзно просит сменить этот чёртов тариф.

ЛОЛЩИТО? Но почему же вы мне не сказали об этом раньше? “Ну вот сейчас я вам это говорю”, – сообщает мне девушка. Я очень спокойный и не склонен к буйствам, но that was close.

Теперь вот делаю печати и официальное письмо, с нетерпением жду новых препятствий на пути к мечте.

И да, за весь этот пиздец я ещё и должен платить пять манат. Это совсем не много, но за такой геморрой, по-моему, они мне должны платить, а никак не наоборот.

К чему я это всё? Не знаю. Стану миллиардером – протяну свой собственный кабель откуда-нибудь из России, с блекджеком и шлюхами.

Петербург. Окраина. Узкие ломовые сани, на них высоко громоздились деревянные ящики с гвоздями. Поклажа кренилась на сторону. Возчик – парень в полушубке – шагал рядом с санями и растерянно подпирал плечом накренившийся воз. Приказчик у дверей лабаза с любопытством смотрел. Легковые извозчики у трактира тоже с любопытством смотрели и переговаривались:
-Завалиться!
-Бесперечт завалиться!
-Как бы парня не придавило.
- И очень просто! Сколько народу погребали тяжести! А он, дурень, сбоку улицы едет, ещё больше накреняется воз…
Поклажа качнулась, и ящики тяжело посыпались на возчика.
Приказчик лабаза со всех ног кинулся на помощь. Извозчики, подобрав полы синих армяков, побежали туда же. И отовсюду сбегался народ. Мигом разобрали ящики. Парень-возчик лежал с восковым лицом, с закрытыми глазами, из угла губ стекала вниз струйка крови.

В.В. Вересаев “Невыдуманные рассказы о прошлом