ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ (отпечатано на отдельном листке, красным по желтому): Чтобы приблизиться к этому документу, вы должны быть умны, как Иоганн Карл Фридрих Гаусс, ловки, как слепой чистильщик сапог из Калькутты, непреклонны, как генерал Уильям Текумси Шерман, богаты, как английская королева, непрошибаемы, как фанаты «Ред Сокс», и способны в случае надобности принять командование средней подлодкой с ядерными ракетами. В противном случае уничтожьте его как высокорадиоактивные отходы и обратитесь к квалифицированному хирургу с просьбой ампутировать вам обе руки по локоть и удалить оба глаза. Это предупреждение необходимо, потому что однажды, лет сто назад, одна маленькая старушка из Кентукки вложила сто долларов в компанию по производству сухофруктов, которая обанкротилась и вернула ей только девяносто девять. С тех пор мы у правительства под колпаком. Если вы пренебрегли вышесказанным, читайте дальше на свой страх и риск – вы точно останетесь без единого цента и до конца жизни будете отбиваться от термитов в лепрозории на берегу Миссисипи.

Все еще читаете? Отлично. Теперь, когда мы отпугнули слабаков, давайте перейдем к делу.

КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ: Мы соберем <столько-то денег>, потом <сделаем то-то и то-то> и увеличим прибыль акционеров. Хотите подробности? Читайте дальше.

ВСТУПЛЕНИЕ:
<Этот тренд>, о котором знает каждая собака, и <тот тренд>, такой невероятно заумный, что вы сейчас, вероятно, впервые о нем прочли, вместе с <во-о-он теми трендами>, которые на первый взгляд кажутся совершенно несвязанными, привели нас к (защищенному коммерческой тайной, патентом, авторским правом и торговой маркой) прозрению, что мы можем увеличить прибыль акционеров <делая то-то и то-то>. Нам потребуется $ <крупная сумма> и <довольно скоро> мы превратим ее в $ <еще более крупная сумма>, если только не <рак на горе свистнет>.

ДЕТАЛИ:
Стадия 1: Приняв обеты трезвости и безбрачия, сменив все наше материальное достояние на холщовое рубище, мы (см. прилагающиеся резюме) переедем в скромный комплекс из поломанных картонных коробок в центральной части пустыни Гоби, где земля настолько дешевая, что нам еще станут приплачивать, и прибыль акционеров начнет расти еще до начала настоящей работы. На дневном рационе, состоящем из горсти сырого риса и чашки воды, мы начнем <делать то-то и то-то>.

Стадии 2, 3, 4, … n – 1:
Мы будем <делать то-то и то-то>, неизменно увеличивая в процессе прибыль акционеров, если только <Земля не столкнется с метеоритом диаметром в тысячу миль, в каковом случае некоторые допущения придется пересмотреть: см. табл. 397-413>.

Стадия n: Еще не высохнут чернила на наших нобелевских дипломах, как мы конфискуем имущество конкурентов и тех идиотов, которые вложились в их жалкие фирмы. Самих конкурентов мы продадим в рабство. Вся прибыль поступит акционерам, которые вряд ли это заметят, потому что, как явствует из табл. 265, компания к тому времени будет круче Британской империи эпохи расцвета.

ТАБЛИЦЫ:
<Множество листов, заполненных убористыми цифирками и снабженные для наглядности графиками, которые все экспоненциально взлетают до небес, если не считать некоторых псевдослучайных колебаний, введенных для большего правдоподобия.>

РЕЗЮМЕ: Посмотрите «Великолепную семерку», там есть все, что необходимо о нас знать. По-хорошему вы должны сами приползти на коленях и со слезами выпрашивать привилегию платить нам зарплату.

(с) Нил Стивенсон, “Лолипорн” “Криптономикон”.

Я бился, и я не знал пощады. Мои руки были словно раскалённые добела стрелы, летевшие в противника со скоростью, доселе невиданной. Я бил точно в цель, мне неведом страх промаха.
Я бил, и я слышал, как хрустят кости от соприкосновения кулаков с чужим телом. Так хрустит песок на зубах. Так хрустят зёрна в жерновах, перемалывающих их.
Я отводил руку для нового замаха и видел, как за ней, словно жевачка за подошвой ботинка, тянется густая и вязкая кровь.
Я опускал свою руку-молот на их головы, и мои глаза горели пламенем ярче, чем от самой яркой звезды.
Я был словно большой и неуклюжий бог посреди маленького, только нарождающегося мирка. Удары отскакивали от меня, словно мелкие камешки от крепостных стен – не причиняя мне ни боли, ни вреда.
Я бросал врагов в стены и об пол, я прыгал на них сверху, подобно горной лавине я опускался на их израненные тела и бил, снова и снова.
Я был словно боевой пёс, поражённый бешенством.
Я был совершенно наг, и моё тело было покрыто потом и кровью. Вокруг бушевало первобытное пламя – такое, каким оно было миллионы лет назад. Гремел гром, ужасные порывы ветра срывали штукатурку со стен и потолка, но я не чувствовал ничего, кроме ярости.

Все мои враги были повержены.
И я танцевал на их телах.
И я пел песни на незнакомом языке.
И я смеялся.

И ты стояла рядом.
И ты светилась изнутри холодным светом мира, который погиб.
И ты взяла меня за руку
И ты сказала: “Пойдём.”

И твой голос был не отражался в моих ушных раковинах, залитых кровью.
И твой голос не колебал воздух.
И твой голос был в моей голове, подобный голосу Аллаха в голове Мухаммеда.

И ты сказала: “Пойдём.”

И мы шли по миру, который погиб.
И была ты подобна колдунье, и был я подобен не человеку, но демону, которого вызвала ты.
И мы шли по миру, который погиб.
И я выл, как не воет пёс.
И я выл, как не воет волк.
И ты улыбалась мне и держала меня за руку.

И мы шли по миру, который погиб.

Вот пять причин, по которым вы обязаны посмотреть этот фильм:

1) В саундтреке есть Джек Уайт и моя (Чина, твоя тоже) любимая песня RATM
2) Там взрывают вертолёт разозлённые игроки в гольф. На поле для гольфа. Игрой в гольф.
3) Там есть Самюэль Л. Джексон первые 15 минут, за которые он успевает смешно пошутить и уничтожить два Chevrolet SS
4) Эта цитата оттуда: “if I am the lion and you are the tuna, I’d swim into the ocean just to frikin eat ya! and bang your tuna-girlfriend!”
5) Там Уолберг танцует балет, а Уилл Феррел – сутенёр.

Если это вас не убедило, то вы наверное Джеки Чан, которому очень обидно, что он больше так не может.

Почему нельзя завещать свою жизнь на геройское дело? Можно же, к примеру, подарить своё тело науке. Но наука дело такое, эти британцы в сверкающих белых халатах могут изобрести вакцину от всего, а могут просто распротрошить ваше любовно взращенное тельце без всякой пользы для общества. Геройство – это совсем другое: у вас стопроцентная гарантия, что всё это было не напрасно. Может, вашим именем и не назовут улицу, вам не поставят памятник, но всё равно – вы сделали что-то такое, от чего рядом с вашим именем всегда будет ореол мужественности. Вы – герой.

Как было бы здорово, если бы можно было забежать после своего восемнадцатого дня рождения в специальную контору по типу военкомата, встать там на учёт, пройти всю эту бумажную волокиту и получить заветную карточку будущего героя. И всё, ваше будущее предопределено. В нужный час вас вызовут, дадут время подобрать себе одежду по вкусу (ведь именно таким вас и запомнят потомки!), подыщут вам достаточно геройскую позу, а потом стратегически расположат на пути танка, например.

Это может случиться на следующий день, а может и через 20 лет. Но это не важно, потому что всё это время вы будете получать специальную геройскую зарплату, радоваться жизни и быть невозможно гордым тем, что именно вы станете героем. Ваш одноклассник будет крутым банкиром, но вы-то — героем! Ваша подруга детства уедет поступать в другую страну, но вы-то — герой!

Вам будут уступать место в общественном транспорте, но вы, конечно, будете отказываться – вы же герой. Красивые девушки будут застенчиво вам улыбаться, зная, что их шансы не велики: их-то вон сколько, а герой – вы!

Но самое главное, вам не нужно думать о будущем. Вы сложите голову за правое дело, и совершенно не важно за какое именно. Вами будут гордиться родители, а ваши останки будут лежать на Аллее Вечной Славы. И все будут знать, каким великим человеком вы были.

Я бы умер героем.

А уж что со мной бывает, когда два типа таких людей сочетаются в одном конкретном человеке, который случился со мной в один момент времени. И ведь это всё при том, что я, в общем-то, всегда считал, что я как раз тот человек, который способен умереть за стоящую идею.
И однакож меня пугает такое. Каким бы импульсивным и нервным я не был, мне всё время приходится думать о том, что случится через год, через три, через 5 и т.д.

А тут прекрасная девушка, даже больше, чем просто прекрасная. И она преисполнена решимости перечеркнуть весь тот effort, который в неё вложен, ради смутного будущего в этой стране в роли сенсея философско-боевого искусства.

Смотрел на неё со смесью восхищения и жалости. Хотя глаза, не выдерживающие натиска внутречерепного пафоса, всё косили в декольте.

Your Lucky Day from Dan on Vimeo.

на vimeo технически нельзя запостить говно [x]

Сам комикс нарисован под явным влиянием манги и аниме, к которому сам Брайн питает некоторую слабость. И, если честно, это лучшее, что могло случится с рисовкой. Сюжет же скорее носит, в некотором роде, ситкомовский акцент хорошей комедии, чем эпичность и серьёзность “взрослого” повествования. Ах да, ещё это немножко гиковский комикс, так что не удивляйтесь сейв-поинтам и дополнительным жизням. Да и вообще ничему не удивляйтесь.

Персонажи – одна сплошная радость! Даже столь незначительные, как Джулия, сразу запоминаются, а читатель волей-неволей находит у себя в багаже соответствующего персонажу человека из своей жизни. Ну а Скотт, Рамона, Ким, Энви и, конечно же, Уоллес (статус: самый клёвый гей на планете) – это просто праздник какой-то!

И именно поэтому кстати, я с некоторой опаской жду выхода одноимённого фильма по комиксу, где играет Майкл Сера – ну не выглядит он крутым, абсолютно. А вот Скотт, несмотря на все свои недостатки, тем не менее, был чудовищно крут.

Well, anyway, я всё равно посмотрю фильм. Потому что не хочется расставаться с прекрасным миром комикса.

Первое, что поразило – это огромное количество зрителей, которые пришли на этот матч. Обычно-то наши стадионы не способны похвастаться даже одним заполненным сектором, а тут свободных мест практически не было. С точки зрения общемирового футбола, этот матч просто ничто, всего-то какой-то 3-ий тур отборочного УЕФА.

Второе, – это дичайший ад вместо стадиона: всё заросло травой, не обновлялось последние лет 20. Стадион им. Тофика Бахрамова, ежели его очистить от людей и снимать в сумерках, вполне может стать декорацией для пост апокалиптического фильма. Бывалые болельщики приходили с газетами, чтоб обложить ими сиденья, потому что те были до ужаса грязными. Единственный чистый сектор (помимо vip-лож) – это сектор польских фанатов, которые приехали поддержать свою команду. Наши чиновники и администраторы любят кого угодно, кроме своего же народа.

Третье, – как класс отсутствовали такие специальные люди, которые ходят по рядам и продают воду и закуску.

Зато в виде бонуса по периметру поле охраняли солдаты внутренних воиск под коммандованием Великолепного Усатого. Он был похож на того чувака, который падает в обнимку с акулой.

А ещё дико бесил какой-то безмозглый кретин, которому дали микрофон, в который он постоянно орал какие-то кричалки, пускал волны и всячески мешал смотреть футбол.

Сам футбол, впрочем, был не особенно зрелищным: наши спокойно и без особых усилий закатили 3 гола в первом тайме, а во втором разленились и пропустили 2 гола в свои ворота. Но мы всё же победили, 3:2.

Было круто, надо ещё раз сходить.

Дай мне одну минуту, чтобы рассказать.
Одну минуту, чтобы простить.
Одну минуту, чтоб узнать.
Одну минуту, чтоб понять.
Одну минуту, и я буду готов идти,
куда скажешь ты.

За тобою только.
И не важно сколько
Впереди преград – мне будет уже не больно…
Никогда.
Я знаю, мне будет уже не больно.
Я слышу голос дьявола и он кричит: “Довольно!”

Ангел мой, пойдем со мной.
Ты иди впереди, а я пойду за тобой.
Освещай мой путь самой яркой звездой.
Ты иди впереди, а я пойду за тобой…

Я помню, что говорил себе – “Его нет!”
Зачем ты молишься? Ты не услышишь ответ!
Он не придет тебе, как не пришел тогда,
Когда пришла беда, и с ней ушли друзья.

Но затем они приходили во снах.
Они забирали мой страх. Видел их на небесах.
Ты должен меня простить…
Я молод и глуп. И я хочу жить.
Вот и все.

[Смоки Мо]

Босс – это Бог внутри. Не смотри так сверху.
Мы все равны, даже если ты сегодня первый.
Все равны! И всё равнозначно, как пустота.
Но дьявол хочет видеть в каждом из нас раба.

Мы продолжаем ненавидеть, каждый день война!
И каждый день борьба, чтобы выжить – плохая игра.
Мне мерещится, как мой родной город сжирает тьма.
Меня спасает любовь. В сердце
Та, что одна.
Не надо, никого не слушай, не сходи с ума!
Ты не жалкий раб, ты как Иисус –
Посланник отца.

Единый путь и одна душа.
Мы выходим из темноты – смотри в наши глаза!
Мои молитвы незаметно летят к небесам.
Да, это сделал я.
Я это сделал сам!
Saint-P! Именно здесь, а не где-то там.
Через тернии к звёздам и к большим делам!

Бог любит всех людей.
И меня, и тебя.
И больших, и малышей.
Примет всех любя…