Привет!

Я подумал, что оставлять последней записью в блоге перед новым годом вчерашний треш-зоопарк не очень в духе праздника, поэтому выкладываю, наконец-то, сюда те две сказки, что в разное время написал одной прекрасной тян. Пусть новый год будет сказочным, а не трешовым, вот.

‎”Мальчик, который не любил сказки, или добрые лесные гномики”

Жил когда-то на свете мальчик, который не любил сказки. Мама с папой ему их рассказывали, а он злился, кричал и плакал. Говорил, что это всё глупости, а Мумитроллей не бывает, потому что по дискавери их не показывали
Однажды он пошёл на экскурсию со своей группой из детского садика
и потерялся! Представь себе, взял и потерялся прямо посреди лесной экскурсии!
Долго плутал, порвал куртку в двух местах о кустых и шапочку вязаную потерял
Так бы и остался жить в том лесу, еслиб не лесные гномики, которые пожалели ребёнка, напоили и накормили его, а потом отвели домой
Казалось бы! Встретил реальных сказочных персонажей, тут бы любой поверил, а он, мальчик этот гадкий, не поверил. Говорит, люди просто низкорослые экскурсоводами подосланные
Так и не полюбил он ни одной сказки. Его фея-крёстная когда узнала про эту историю, разозлилась и бросила его
И тогда мальчик в возрасте 7 лет умер от неизвестного заболевания.
Потому что некоторых идиотов жизнь ничему не учит.

***

“Сказка про космос или что-нибудь в этом духе”

Одна маленькая девочка жутко не хотела быть маленькой девочкой, а мечтала быть большой и взрослой планетой. Да-да, планетой, не меньше!

«Во-первых», – рассуждала девочка, – «планеты самодостаточные и спокойные, а во-вторых…», – но что было во-вторых девочка додумать не успела, потому что тёплое и уютно продавленное кресло, на котором она сидела и думала эти приятные пред-ночные мысли, вдруг подпрыгнуло и задрожало всем своим деревяным телом.

Маленькая девочка вскочила на ноги, оказавшись не такой уж и маленькой, схватила первую попавшуюся дрожащую одежду с дрожащего стула и надела её (местами задом-наперёд) на дрожащую себя, затем впрыгнула одним движением в дрожащие тапочки и ринулась из дрожащего дома обстоятельно обдумать ситуацию.

На улице её ждал сюрприз. Прежде всего, выбежала она не на улицу, а на поверхность какой-то очень чудной планеты, которая была похожа на Землю в той же степени, в которой утюг похож на лебедя. Буйство кислотных красок простиралось до самого горизонта, который начинался примерно через 500 метров или две с половиной девочкиной считалочки.

«Ух ты, я на другой планете в самом что ни на есть космосе!», – подумала девочка.
«Ух ты, на мне маленькая девочка с другой планеты с самым что ни на есть домашним домиком!», – подумала планета.

А потом планета рассказала девочке человеческим языком, что она очень молодая и очень маленькая планета, которая не астеройд только в силу доброты тётеньки в Планетарном Регистрационном Отделении, пожалевшей маленький сгусток материи, ведь случись ему стать астеройдом, и его бы всенепременно бы отправили бомбардировать другие планеты или сниматься в научно-фантастических голливудских фильмах, а так, ну маленькая, ну молодая, но планета же!

Да только было той планете безумно одиноко, потому что другие планеты с ней не дружили и обзывали её «ошмётком», а астеройды может и рады бы, но им всегда некогда – нестись надо сквозь всю вселенную к неминуемой гибели, это вам не шутки. И решила тогда маленькая планета завести себе друга, которому тоже было одиноко и плохо, чтобы вместе им было весело и хорошо. Так на её поверхности завелась девочка с домиком. Почему с домиком? Не знаю, возможно домику тоже было одиноко, но он не умел говорить, так что сейчас уже и не узнаешь.

С тех пор девочка и планета жили вместе и радовались каждому моменту, им было хорошо вместе, они любили космос и маму. А потом их поглотила чёрная дыра.

Ведь чёрная дыра была не только одинокой, но ещё и тупой.

На самом деле он полюбил её вовсе не за прекрасную улыбку или зелёные глаза, как он сам любил рассказывать, нет,  это была версия для туристов их обеденного стола, которые не могли обойти образцово-показательную семейную пару стороной.  «А как вы познакомились?», «Небось, полюбили с первого взгляда друг дружку?».

Нет, ничего подобного. Когда он увидел её впервые, он размышлял о том, как круто было бы, если бы у людей были головы животных. Справедливости ради, эта мысль шаталась неприкаянным беспризорником по его голове всё утро, и она, вышедшая ему навстречу в парке, просто не смогла выгнать эту мысль своей красотой.

То, что ты никогда не расскажешь людям, собравшимся у тебя в гостях: любовь всей своей жизни ты увидел с головой лисицы.

То, что ты никогда не расскажешь даже ей: ты находишь лисиц чертовски сексуальными.

То, в чём ты никогда не признаешься самому себе: первый случайный и яростный петтинг в подъезде случился, когда ты представлял её с головой лисицы, а руками искал пушистый хвост где-то в складках юбки.

Они стали идеальной парой вовсе не из-за взаимной любви к треш-боевикам  и нелюбви к Ларсу Фон Триеру, хотя они всегда шутили по этому поводу, собираясь компанией в кино. Не потому, что она могла процитировать Фрая, а он держал на айфоне календарь её цикла.

Просто однажды он задержался после работы, съездил на барахолку и купил оленьи рога, а потом приехал домой, улыбнулся ей и, разбежавшись насколько ему позволяло пространство двухкомнатной квартиры, воткнулся этими рогами ей в живот, да так, что ей развернуло и слегка подкинуло. И еще, потому что она не умерла, а встала и улыбнулась ему в ответ.

С тех пор они стали часто ездить в лес, он становился оленем, а она – лисицей, и вместе они рвали на куски других животных. Она загоняла, а он насаживал на рога. И трепал. И давил копытами.

Очень они любили друг друга. МЧС-ники, говорят, нашли их трупы, растерзанные спустившейся с гор стаей волков, держащимися за руки. Ещё они нашли несколько зарытых сородичами трупов волков: в некоторых были обломки ветвистых рогов, другие были покусаны каким-то более мелким хищником, возможно лисицей. Но про это в газетах не писали.

Это были хорошие люди, и они были хорошей парой. Мне часто их не хватает. Я любил ходить к ним в гости, любил пить с ними чай и слушать про её зелёные глаза и прекрасную улыбку.

Иногда, когда ночь тиха и безоблачна, я вою на луну от тоски по ним.

everything you love will die